воскресенье, 7 апреля 2013 г.

Море


Из судебных архивов Уэстфилдского округа

Мы живём на тихом островке невежества
посреди темного моря бесконечности,
и нам вовсе не следует плавать на далекие расстояния.
Г.Ф.Лавкрафт

Вторая неделя, как я нахожусь в психиатрической клинике Уэстфилда. Жуткое местечко. И работники тут жуткие – несколько дней держали меня в одиночной палате с тюремным окошком и водили, заломив руки за спину. Я слышал разговоры о судебном иске, о том, что отец какой-то девушки забрал заявление, чтобы избежать огласки. Тогда я не знал,  какое это имеет отношение ко мне, но сейчас картинка начинает складываться, и я понимаю, почему в то утро капитану нашего корабля был дан приказ не выходить в море и почему меня прямо с берега забрали и привезли сюда, в клинику для душевнобольных.
Сегодня перевели в другое отделение, дав подписать какие-то бумаги. Доктор шепнул, что лучше согласиться. Находясь в дурмане успокоительных настоек, я не стал противиться, и вскоре в моем распоряжении оказалась вполне приличная комната с удобной кроватью, умывальником за занавеской и печатной машинкой на столе. Я долго маялся, даже думал о побеге, но наконец, уселся за стол с одной только целью – рассказать, что я невиновен.



…Мы уходили в море раза два в месяц. Капитан, моряки, юнги. Всего человек пятнадцать-двадцать. Достигнув цели, пересаживались в шлюпки, делали свое дело и обратно. По прибытию на берегу разделывали китов и продавали их заказчикам. Китобойный промысел кормил весь городок, поэтому люди не жаловались, терпели и рыбную вонь, и толпы неотесанных мужиков, снующих в порту.
Самым приятным в возвращении был не большой куш от оптовых скупщиков, а моя Софи. Она любила стоять позади толпы и вглядываться вдаль, поверх кепок и макушек, высматривая в толпе меня. Свет жизни, радость, смысл каждой прожитой минуты… Софи была прекраснейшей из всех прекрасных.
Помню, как сейчас, ее лицо и просьбу, слетевшую с уст в день нашей помолвки:
- Возьми меня на ваш корабль…
Я не хотел, противился, но потом сдался, пообещав капитану треть своей выручки за возможность взять невесту на борт… И вот, мы с Софи встречали рассветы и закаты вместе, в открытом море…
Говорят, женщина на корабле к беде. Сколько же их пострадало прежде, чем эта страшная правда стала приметой?
В одну из ночей, удостоверившись, что Софи крепко спит и ее сон ничто не тревожит, я поднялся на палубу. И сразу заметил, что море изменилось. От поверхности воды исходило бирюзовое свечение неземного происхождения и красоты.
- Я и не думала, что моряки нынче умеют любить… - вдруг раздался женский голос из ниоткуда.
- Софи? – я вздрогнул, оглянулся.
- Глупый, твоя Софи давно видит сны… Смотри ниже…
Я подошел к самому краю фальшборта и увидел в воде девушку, улыбающуюся, манящую к себе в волшебную пучину. Первым порывом было позвать кого-то из команды, но потом незнакомка дернулась вверх над волной, и я увидел, что от талии у нее тянется огромный перламутровый рыбий хвост. Не успев опомниться от шока, я уже слышал ее сладкие речи с обещаниями сделать меня правителем их подводного царства. Она льстила и извивалась в брызгах волн, лепетала глупости, неумело кокетничала… В общем, вела себя, как те девицы, что танцуют по вечерам в рыбацких трактирах.
Мне в диковинку было такое зрелище, но вскоре налетел порыв ветра, я испугался, что качка разбудит Софи, и пошел прочь.
Русалка прокричала мне вслед что-то злобное:
- …обо мне ты еще вспомнишь! – смог разобрать я, но даже не оглянулся.
Через три дня мы причалили, я проводил Софи в поместье, так ничего ей и не рассказав.
А потом наступили выходные – наши последние счастливые дни. За ними в город пришла чума. Люди умирали семьями, началась паника. Опустевшие дома облюбовали бездомные, процветал грабеж, а в воскресенье траурная лента появилась на воротах городской ратуши.
Не уберегла судьба и мою возлюбленную. Софи не вставала уже несколько дней, а порой ей делалось так худо, что она не узнавала ни родных, ни меня. В отчаянии я носился по городу от лекаря к лекарю и, следуя совету одного господина, достиг мыса со старым маяком. Тот говорил, что у смотрителя есть чудодейственное средство от всех хворей.
Маяк оказался необитаем. Раздосадованный, я побежал обратно, но тут из морских волн вынырнула та самая русалка, что завлекала меня у корабля.
- Вот, держи! – она бросила мне пузырек с жидкостью. – Отдай это местному аптекарю, пусть разбавит в ста литрах воды и раздаст всем пробирки. Твоей Софи это тоже поможет…
В смятении я схватил лекарство, помчался дальше, но ее следующие слова заставили меня остановиться:
- …и помни – за спасение своего города ты отдашь мне свою любовь, моряк. Я жду тебя через неделю здесь, на закате.
- Хорошо, я обещаю!
Не осознавая собственных слов, я побежал…
Я выполнил указания морской девы, и город ожил. Софи вновь была бодра и весела. Она все чаще заговаривала о свадьбе, а я все чаще думал об обещании, данном русалке. И как ни старался я растянуть время, как ни пытался обмануть сам себя, но назначенный час настал. Я стоял на берегу, недалеко от маяка и ждал.
Она появилась у гряды, чуть поодаль, взмахнула хвостом, повертелась меж валунов, выступающих из воды, и подплыла ближе. Ничего не сказала, просто ждала. Я сделал шаг к воде, намочил ботинки. Еще шаг – и был уже по колено в море.
- Говард, стой! Ты куда, любимый? – голос Софи раздался звоном за спиной.
                Она бежала по полю, подхватив юбки, растрепанная, легко одетая.
- Софи, уходи отсюда!  - я не слышал себя, но кричал. – Немедленно!
                Русалка пропала. Но я продолжал идти в воду.
- Говард, пожалуйста! Я весь день тебя искала! Подожди же!
                Я не оглядываясь шел вперед. Слова Софи пульсировали во мне, потом налетела огромная волна, сбила с ног, или я упал сам от отчаянья, уже и не помню… Я почувствовал, как меня подхватила неведомая сила и повлекла с невероятной скоростью вниз. Но еще долго под водой я слышал мою любимую, оставшуюся там, наверху.
                Не знаю, почему я не захлебнулся, какие чары окутали меня, и что происходило дальше. Вокруг моря уже не было, лишь то самое бирюзовое свечение и стены вдали, отделанные материалом, похожим на чешую. По углам горели светильники, потолок конусом уходил ввысь. Я попытался встать на ноги, но оказался в невесомости. В следующее мгновение одна из стен раздвинулась и показалась русалка. Вместе с ней комната наполнилась водой, но не морской, а какой-то воздушной, с пузырьками и кристаллами. Она подплыла ко мне и прильнула. А там, над водой, на берегу, стояла и плакала Софи. Тут я и пришел в себя.
                Изо всех сил я оттолкнул это с виду красивое, но слизкое и мерзкое создание, дернулся вверх, пытаясь доплыть до верхнего отверстия, несколько раз падал вниз, в ее объятия, но все же вырвался и, наконец, оказался в настоящем море.
                Когда я выбрался на берег, был уже рассвет. Заходить к себе домой не стал, отправился прямо к Софи, но там меня ждало потрясение. Во дворе поместья, не смотря на поздний час, было полно народу, все суетились, многие плакали. Среди собравшихся я узнал ее кузину, к ней и бросился.
- Утонула она! Утонула! – вскричала девушка.
                Дальше все события я помню со слов детективов, навестивших меня в клинике. Они сказали, что с маяка Софи вернулась под утро и, не заходя в особняк, решила искупаться в пруду. Когда же ее хватились, было поздно. Мою невесту нашли прямо в центре водоема, ни камышей, ни водорослей вокруг не было. Из-за чего погибла Софи, которая плавала лучше меня, было не известно.
                Я же, вначале пребывая в глубоком обмороке, едва очнувшись, сбежал. Несколько любопытных горожан преследовали меня до самого маяка, где по их свидетельству я забрался на возвышение и нырнул в море с жуткими криками. Пока они бегали за подмогой, я оставался без наблюдения, и что произошло в это время, никому не известно.
                Через полчаса прибыла толпа во главе с шерифом. С причала уже отдали команду искать меня на дне, но усилия оказались напрасны. Я вышел из воды сам, добровольно. На руках я нес истерзанное тело какой-то девушки. Именно ее отец и грозился запереть меня в тюрьме до конца дней, но девчонка выжила, и иск забрали. Меня отвезли в психушку, капитану корабля, на котором мы выходили в море, запретили отправляться в плавание, потащили всю команду на допрос…
                Но я-то знаю, что они не при чем. Всему виной русалка. Она уже не раз являлась ко мне во сне и словно змея, обвивалась вокруг. Она поклялась мстить за мое бегство и забирать в свое царство всех моих будущих возлюбленных.
                Что же касается той неизвестной девушки, которую я чуть не убил, пытаясь добраться до морской бестии, то это оказалась случайная жертва моего безумия, решившая, как и моя любимая Софи, искупаться именно тогда, когда надо было держаться от воды как можно дальше.

                Такова моя история, финал которой еще впереди. Как только я выберусь отсюда, а это случится непременно, я тут же отправлюсь к маяку. Но во второй раз я буду спокоен и осторожен. И у меня будет оружие. И если после моей смерти вы найдете на берегу тело девушки с рыбьим хвостом, не хороните ее, не оплакивайте, а прочтите эти строки, прочтите их всем с балкона городской ратуши и никогда, ни при каких обстоятельствах, не берите на борт корабля женщин.

Примечание автора
Рассказ впервые опубликован на конкурсе Большая Творческая Битва-2 на сайте http://thesims.club

Комментариев нет:

Отправить комментарий